Опасные связи

Вы заметили, какую большую роль в нашей жизни стали играть рекомендации? С покупкой зубной пасты мы еще кое-как справляемся, хотя «все стоматологи советуют», «все мамы рекомендуют». Но интеллектуальная пища в одиночку не потребляется.


 


С 2007 года работает рекомендательный сервис «Имхонет», придуманный профессором А. Долгиным: отметив в списке фильмы, музыку, книги, которые ему нравятся, пользователь получает рекомендации насчет того, что ему еще может понравиться. Бешеного успеха сервис не получил, но число пользователей подбирается под миллион.


Ту же роль с успехом выполняют все остальные социальные сети, где друзья-френды подсказывают, какое кино надо смотреть, а какое пропустить, стоит ли покупать новую книгу модного автора. Чаще же всего сформированное нами самими сообщество фильтрует новости, выбирая из мутного потока информации самый сок и самый смак. Хорошо подобранный список друзей в «Фейсбуке» избавляет от необходимости шарить по сети: открою свою ленту – и получу ссылки на самые важные новости и самые лучшие комментарии по интересным мне темам. Лента «В контакте» подскажет, что интересного происходит в городе, из того, о чем не пришлет пресс-релиз министерство культуры.


Изредка в потоке попадаются и волгоградские СМИ. Чаще всего из новой генерации – те, которые делаются молодыми энтузиастами. Старшее поколение смирно ждет, пока на него обратят внимание. И что нам рассказы о забугорных СМИ, которые сами идут к читателю с предложениями: вам понравилась та статья, прочтите эту, она вам тоже понравится…


На днях случилась вечеринка, где журналисты по очереди заводили со мной разговор о причинах их отсутствия в социальных сетях. Раньше в таких диалогах звучала гордость: «мы выше этой вашей возни». Теперь оправдывались: «некогда», «не мое»… Мне не понять. В «Российской газете» к разметке гонорара за публикацию на сайте прикладывается количество ее просмотров. Если я кину ссылочку на свою статью в «Фейсбук» и «Твиттер», просмотры вырастут вдвое, я проверяла. Почему же этого не делают сами редакции?


Автор, которому не стыдно за свою работу, не боится выносить ее на обсуждение. Напротив, чем ярче реакция в соцсетях и блогах – тем интереснее. Есть подозрение, что здесь проходит какая-то грань или даже граница профессии. Если тебе все равно, что о твоей работе думают читатели, ты можешь быть корреспондентом, обозревателем и даже редактором, но не журналистом. Должность – это строчка в штатном расписании, но не профессия. Предвижу возражение: а что, в эпоху до социальных сетей не было журналистов, что, Аграновский, Рубинов и многие другие, чей опыт вошел в учебники, -- не журналисты? Отвечу. Я еще застала то время, когда за работу с письмами читателей в редакциях гоняли, как ни за что другое. И престиж журналиста определялся количеством писем-откликов на его статьи. Потом редакции усвоили формулу «не вступаем в переписку», и, кажется, это стало одной из причин потери контакта журналиста и читателя. Интернет, социальные сети дают шанс возродить этот контакт. Да и саму профессию журналиста – тоже.


Но теперь эта профессия будет совсем иной. Раньше СМИ должны были расширять информационные границы для читателей и зрителей. Теперь от них требуется обратное: сужать до самого необходимого, фильтровать и отсеивать, отшелушивать то, без чего можно обойтись. Именно это делают сейчас социальные сети. Масс-медиа только учатся.


Анна Степнова 

Отправить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.
Image CAPTCHA

Голосование

Доверяете ли вы информационным сообщениям в СМИ

a